Виталий Сертаков 
Счастливый мир

Рассказы – 

Виталий Сертаков
Счастливый мир

– Откуда ты ЭТО взял? – раздраженно спросила она. Она снова с кем‑то болтала по телефону.
– Из магазина, как ты сказала, – рассеянно ответил он. – Послушай, ты представить себе не можешь, какой вариатор мы сегодня разрабатывали…
– Я спрашиваю – откуда ты ЭТО приволок? – Она вошла в комнату, трубка в одной руке, пакет с продуктами – в другой. – Ты хоть что‑то видишь, кроме своих цифр?
– Из этого… из магазина на углу.
– На каком углу? Тот, что на углу, год назад снесли.
– Снесли? Как снесли? Там точно был магазин. Милая… – он попытался укрыться в душе. – Ты не поверишь… Тео выдвинул совершенно фантастическую идею. Представь, он предложил способ, как изменить постоянную Планка…
Но она уже схватилась за трубку.
– Сонечка, как ты сказала? Он забрал даже видик? Вот подлец… Сонечка, я перезвоню чуть позже. Мой оболтус снова все перепутал. Ну да, ну да, останемся голодные с его физикой…
– Аля, ты меня не слышишь, – он застыл на краю ванны, с мокрыми носками в руках. – Аля, если Тео ничего не напутал… ты только вообрази, Женевский ускоритель может оказаться не нужен!
– Это что?! – Она постучалась в дверь ванной.
– Это?.. Морковка и кефир. Ты же просила…
– Это. Не. Морковка, – отчеканила она. – Морковка. Не. Бывает. Зеленой. Тебе подсунули какой‑то тухлый сельдерей. А кефир в мягком пакете не бывает твердым. И потом, на каком языке тут написано? Гд е ты раздобыл китайский кефир?
– Хорошо, я сбегаю и заменю, – смутился он и тут же заговорил о своем: – Дослушай меня, любовь моя. Тео рассчитал феноменальную модель вариатора, управляя которым, можно плавно изменить постоянную Планка. Вчера вечером мы запустили этот прибор, и…
– Я заметила вчера, во сколько ты явился, – она в сердцах бросила пакет на стол и ушла продолжать телефонный разговор.
– Это как круги на воде, – тараторил он, натягивая свитер. – Пока проверить невозможно, первая волна колебаний слишком медленная, но если наши расчеты верны, то… не нужен не только ускоритель частиц. Не нужны будут космические корабли. Все дело в правиле Бора для вычислений Эттермана. Дойч в своем Принстоне не читал Упанишад, а наш Тео читал, в этом все дело. Упанишады объясняют, как достичь единства мира без правила Бора. Тогда получается, что можно выстроить не миллион параллельных миров, а один, абсолютно идеальный…
Вернулась жена:
– Мама? Это вы? Нет, мамочка, все в порядке. Просто нормальные люди, получив премию, покупают семье квартиры, машины… а другие тратят деньги на кучу микросхем… Милый, ты еще здесь? Поговори со своей матерью. Она четвертый день ждет, когда ты поможешь ей на рынке.
Он ударил кулаком в косяк:
– Уфф… мама. Да, все хорошо. Нет, засиделся на работе. Нет, не сегодня. Нет, не простыл. Нет, на работу не устраивался. Да, мне хорошо с Тео. Нет, денег не добавили. Да, Аля права. Да, потратил премию на «свои железки»…
Он вздохнул и выключил мамино щебетание.
Забрал пакет, вышел на лестницу, нажал кнопку лифта. В лифте заглянул в пакет. Нормальная красная морковь, обычный мягкий кефир марки «Простоквашино», сардельки…
Наверное, он перепутал кнопку этажа. Лифт дернулся не вниз, а вверх. Он хотел нажать кнопку «стоп», но ее почему‑то не оказалось. Он очень удивился, поскольку всего три недели назад застревал в этом самом лифте, и кнопка тогда была на месте.
Двери разъехались, он сделал шаг и сощурился от яркого света. Лифт открылся не в заплеванный холл первого этажа, а прямо во двор. Это был не совсем его двор.
То есть это был совершенно не его двор. Голубые березки раскачивались под жарким ветром. Вместо снега и мерзкой талой воды колосилась веселая оранжевая трава. Там, где обычно мухами копошились алкаши, сияло зеркало пруда. На шезлонгах загорали старички. Мимо на ходулях прошел мальчик с очками ночного видения на лице и с длинным сачком. Он ловил в сачок и складывал в заплечный мешок маленьких пушистых зверьков, похожих сразу на паучков и белок. Вместо автомобилей у подъезда покачивались уютные двухместные дирижабли. В окнах его дома пропали стекла, а сам дом стал светло‑салатным и покатым, как муравейник. Он выпустил из рук пакет. Присел, осторожно достал из кармана сотовый. Сотовый ПОКА был в порядке. Он набрал номер жены.
– Кто вы? – спросила она строго. – Не валяйте дурака. Уж как‑нибудь голос мужа я различу. Откуда у вас его телефон? Вы его украли? Отвечайте же…
Он нажал кнопку. У него больше не было жены.
– Тео? – спросил он в шипящую мембрану. – Тео, если ты меня ЕЩЕ слышишь… у нас получилось. Идеальный, счастливый мир. Теперь осталось разобраться, зачем мы это сделали.